Вступление, день 1, день 2, день 3, день 4 (начало), день 4 (продолжение),
день 5, день 6, часть 7, часть 8, часть 9, часть 10,
часть 11, часть 12, часть 13, часть 14, часть 15, часть 16,
часть 17, заключение
Paris – Provins – Essoyes – Troyes – Auxerres – Chablis – Essoyes – Flavigny-sur-Ozerain – Semur-en-Auxois – Essoyes – Langres – Dole – Arbois – Source de la Loue – Lods – Ornans – Besancon – Arbois – Planches pres d’Arbois – Cascades du Hérisson – Baume-les-Messieurs - Château-Chalon – Arbois – Bourg-en-Bresse – Roche de Solutré – Cluny – Prety – Tournus – Montreal – Noyers-sur-Serein – Tonnerre – Essoyes – Moret-sur-Loing –Fontainebleau – Barbizon – Paris
29 сентября 2023, продолжение
Приехали в городок Фонтенбло, нашли подземную парковку. Дворец Фонтенбло – любимая летняя резиденция большинства французских королей, начиная с Франциска I.
Франциск I был очарован Италией, всю свою жизнь стремился пересадить итальянское Возрождение на французскую почву и вот построил дворец в стиле итальянского ренессанса.
А еще дворец был любимой резиденцией Наполеона. Если столицей Франции был Париж, то фактическим центром империи при Наполеоне был провинциальный Фонтенбло. А на этом крыльце с овальными лестницами в 1814 году Наполеон прощался со старой гвардией перед отправкой на остров Эльба. И с тех пор этот двор (бывший двор Белой лошади) получил название «Двор прощания» (Сour des Adieux).
Ну львы, ясен пень. Китайские, 1888 года. При входе в Китайский музей. Этот двор называется Cour de la Fontaine (всего дворов во дворце четыре), он выходит на огромный Карповый пруд.
Белые лодки и черные птицы.
И диковинные гуси.
При ближайшем рассмотрении гуси оказались канадскими казарками
Пруд карпов (L'Etang des Carpes). Путеводители «Афиши»: Пруд так называется, естественно, потому, что со времен Франциска I в нем живут исключительно крупные карпы. Их почтенный род прервался только дважды: в 1815 году карпов съели союзные войска, а в 1940-м – немцы. Википедия толкает другую легенду о происхождении карпов: что их, в количестве 60 штук, подарил Генриху IV Карл Лотарингский. Мне важно донести до читателя все возможные версии! А в середине пруда – le pavillon de l'Étang, восьмиугольная беседка, место для разлечений и праздников.
Это крыло дворца называется Belle Cheminée, построено в 1565-1570 в стиле Ренессанс по приказу Екатерины Медичи. Черные люди в нишах – бронзовые копии античных статуй. Ну что, дворец обошли, на парк полюбовались – а внутрь дворца это надо специально приезжать, часом не обойдешься. В отличие от Барбизона, куда как раз успеваем заскочить.
В 1825—1875 годах маленькая деревушка Барбизон, расположенная в лесу Фонтенбло, стала одним из ключевых мест французской живописи. В живописном лесу черпали своё вдохновение художники-пейзажисты так называемой барбизонской школы: Теодор Руссо, Камиль Коро, Жан-Франсуа Милле, Шарль-Франсуа Добиньи и другие. Для них лес, где можно было рисовать природу с натуры, стал идеальной мастерской.
В этом доме жил Теодор Руссо – основатель барбизонской школы.
Церковь такая
Вдоль главной и практически единственной улицы деревни (Grande rue) – дома с мемориальными досками
Художественные галереи
И мозаики по картинам барбизонских художников.
Тыквы, тыквы...
Просто домик.
Вдруг писатель Стивенсон. Что он делал среди всех этих художников? А вот: Не менее популярен лес Фонтенбло был и среди писателей, бежавших от городской цивилизации в поисках новых источников вдохновения. Лес упоминается в произведениях Стендаля, Бальзака, Мопассана, Жорж Санд и других французских писателей. Выходит дело, не только французских.
Идем дальше.
Прошли главную улицу до конца – и фигасе! Здесь тоже лес Фонтенбло, во всей своей красе.
А вот интересно: В начале своего творческого пути многие художники-импрессионисты – Клод Моне, Фредерик Базиль, Альфред Сислей, Огюст Ренуар – также посещали лес Фонтенбло и рисовали его. Но затем, сосредоточившись на попытках передать игру света на своих полотнах, импрессионисты перестали приезжать в лес, сочтя его слишком тёмным. Освещаем темный лес яркой кофточкой.
Неужели?!!
А впрочем – нет, нет. Теодор Руссо и Жан-Франсуа Милле – вот кто.
Обратно по той же улице до машины. Тут много таких картинок. И в Париж.
Добрались наконец до Парижа-города. И это был очередной ужас-ужас. Навигатор бросал нас туды-сюда, мы так активно лавировали между Сциллами и Харибдами, что чуть не забыли, что надо заправиться перед сдачей машины. Вспомнили, как нам обещали при съеме машины: заправку вы не сможете пропустить. Смотрели во все глаза – никакой заправки и в помине. А заправлялись-то мы в последний раз аж в Турню! Короче, заплатили немало лишнего за бензин. Ну ладно, главное – что доехали и сдали эту бестолковую машину. Пусть она теперь хлопает крыльями кому-то другому, а от нас спасибо, что доехала. Л. в конце этого всего непотребства вспомнил классика: Лыжником был, велосипедом был, автобусом тоже был. И мы присвоили ему титул Героический водитель.
Ну чо, топаем домой. Пока топаем, скажу за сегодняшний день. Морэ-сюр-Луан, Фонтенбло-лес, Фонтенбло-дворец и Барбизон расположены буквально на одном пятачке. Вот казалось бы – сел в Париже на электричку, приехал и гуляй весь день. Но без машины не доберешься от одного места до другого, а с машиной – поди выберись из этого Парижа. Нет у меня оптимального решения.
А домой к нам (то есть к Галке) приехала Ирка из своей Нормандии. Божечки, какое счастье! Четыре года назад она, зараза, заявила при прощании: а вдруг мы видимся в последний раз? Я прям набросилась на нее: что ты такое говоришь? Ну и вот, повстречались же. Завтра придем в себя, будем гулять и общаться.
